Философия бытия
Каждое сердце обязано «породить» любовь!Каждое сердце обязано «породить» любовь!

А ревность – самый главный враг человека

Что значит верить в Бога?Что значит верить в Бога?

Многие полагают, что верить в Бога — значит признавать Его существование. На самом деле знать о существовании Аллаха недостаточно для того, чтобы уверовать в Него. Шайтан не просто знает об Аллахе. 



Новые публикации
Kamandar Şərifli: “Ömürdən yarpaqlar - gördüyüm torpaqlar”Kamandar Şərifli: “Ömürdən yarpaqlar - gördüyüm torpaqlar”

Səyahət və memuar ədəbiyyatı orta əsrlərdə, müasir roman janrından çox öncələr yaranmağa başlamışdır. 

Вышел в свет новый номер журнала “Azeri Observer”Вышел в свет новый номер журнала “Azeri Observer”

Азербайджанское государство с первых же дней своего создания избрало путь демократического государственного строя, и его шаги в данном направлении, а также их успешные результаты сегодня видны всем. 

Искендер Гулиев, Директор Центра Мониторинга «Прозрачные выборы»

Цена свободы: размышления о правах человека в Китае и будущем человечества


После событий 11 сентября 2001 г. по принципам демократии во всем мире был нанесен серьезный удар.
Но пошатнуло устои гражданского общества не столько разрушение Всемирного торгового центра, сколько ответная реакция некоторых западных правительств, чье самолюбие было дерзко задето. Их решительный ответ не заставил себя долго ждать, однако он оказался в значительной степени неожиданным и неадекватным: в жертву были принесены некоторые из фундаментальных прав человека, выстраданных народами Европы и Америки.

Перед политиками и учеными встал вопрос: может ли демократия для обеспечения своего превосходства прибегать к недемократическим, а то и просто варварским методам? Но самое главное - не обернется ли пренебрежение правами человека внутренним кризисом западного общества и последующим коллапсом демократии в целом?
Тревожность нынешней ситуации определяется тем, что могущественные западные державы ищут ответы на эти вопросы методом проб и ошибок. Свержение радикального религиозного режима в Афганистане и тираничного режима Саддама Хусейна в Ираке повлекло за собой еще большее нарушение прав простых граждан и гибель тысяч невинных людей.
Однако, по мнению некоторых политологов, за стремлением построить демократию в Афганистане и на Ближнем Востоке кроется, - но едва ли скрывается, - желание установить монополярный мировой порядок. Мир пережил войну в Ираке и Сербии, смирился с Гуантанамо и Абу Грейбом. Но многих не покидает ощущение того, что эти трагедии не выросли из рамок локального конфликта только потому, что столкнулись неравные противники. Тем тревожнее становится наблюдать за растущим и пока экономическим противостоянием между Соединенными Штатами Америки и Китаем за лидерство для начала в Восточной Азии.
За относительно короткий период Китай не только превратился в очевидного регионального лидера, но и предъявил претензии на право активно участвовать в распределении мировых богатств. Темпы развития китайской экономики беспокоят самых оптимистичных апологетов американского глобализма. По прогнозам американских экспертов, к 2025 г. валовой национальный продукт Китая достигнет 20 трлн. долларов, а США - 13,5 трлн. При этом Китай может оказаться во главе могущественного сообщества азиатских стран, которые будут производить, по прогнозам Всемирного банка, 40% мирового ВНП.
Анализируя экономический подъем Китая, премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю сказал: "Китай изменил расстановку сил в мире в такой степени, что последнему понадобится от 30 до 40 лет, чтобы восстановить нарушенный баланс. На международную сцену выходит не просто еще один игрок. Выходит величайший игрок в истории человечества".
Экономическая стратегия Китая опирается на исторически сложившийся менталитет в большинстве своем моноэтнического населения страны. Сформированный в ходе многовековой истории, этот менталитет по своей жизнеспособности ничуть не уступает протестантскому духу западного общества. Более того, коммунистическому руководству страны удалось воспитать в народе желание вернуть Китаю былое величие и великолепие. Как выразился американский исследователь Р.Холлоран, "в Китае ожил менталитет Срединного Царства, в котором другие азиаты видятся как существа низшего порядка, а представители Запада - как варвары".
Однако наивно было бы полагать, что Соединенные Штаты согласятся получить в лице Китая реального претендента на мировое господство, тем более что его претензии на лидерство будут в некотором отношении еще более дерзкими, чем претензии бывшего Советского Союза. Население Китая в 2000 г. составило 1,3 млрд. человек и в ближайшие 20 лет вырастет не менее чем на 3 млн. человек. Хотя военный и ядерный потенциал Китайской Народной Республики и уступает военной мощи США и России, но его вполне достаточно для отражения любой внешней агрессии. Если же учесть, что правительство страны расходует большие средства на усовершенствование боевой техники и ракетного потенциала, то в будущем разрыв между военным потенциалом КНР и двух лидеров уже не будет иметь никакого значения. По оценкам Лондонского института стратегических исследований, расходы Китая на вооружение достигают 36 млрд. долларов в год, что в несколько раз превышает официальные данные.
Эти и другие обстоятельства сыграли ключевую роль в обострении отношений между Вашингтоном и Пекином. По признанию ветерана американской внешней политики Збигнева Бжезинского, "американские отношения с Китаем на протяжении конца 1980-х и начала 1990-х годов становились все более враждебными". В одном из документов китайского правительства за 1992 г. говорилось: "С тех пор, как США утвердились в качестве единственной сверхдержавы, они обуреваемы желанием проводить политику гегемонии и действовать с позиции силы; между тем очевидно, что их могущество находится в относительном упадке и что существуют пределы их возможностей".
По всей видимости, опасения китайских чиновников не были безосновательными. Соединенные Штаты поставили в Тайвань, стремятся к отделению от КНР, 150 самолетов F-16, 4 эсминца класса Kidd и другую военную технику, назвали Тибет "оккупированной суверенной территорией", помешали Пекину стать столицей Олимпийских игр 2000 г., осудили Китай за экспорт в Иран компонентов химического оружия, ввели санкции за продажу ракетной техники Пакистану. Помимо всего прочего, Вашингтон постоянно обвиняет китайское правительство в систематическом нарушении прав человека, нарушении прав на интеллектуальную собственность. Следствием этого явилось то, что американская общественность расценивает Китай как одну из стран, представляющих наибольшую опасность для США.
В текущем году в отношениях между двумя государствами возник очередной виток напряженности. В июле китайские СМИ распространили информацию о том, что на заседании Центрального военного совета КНР его глава Цзян Цзэминь поставил задачу: до 2020 года вернуть Тайвань под юрисдикцию материкового Китая любыми средствами, включая военные. На такой шаг китайское руководство пошло в ответ на намерение Белого дома продать тайваньцам крупную партию современного оружия, в том числе противовоздушные комплексы, противолодочные самолеты и подводные лодки. В Китае уверены, что нерешенная проблема Тайваня и провокационные действия его президента Чень Шуйбяня угрожают безопасности страны, а главного союзника Тайваня китайские лидеры видят в лице Соединенных Штатов.
Несмотря на это, в экономическом отношении Китай и США остаются крупными партнерами. В последнее десятилетие прошлого века на Соединенные Штаты приходилось 40% китайского экспорта. Допуск китайской продукции на американский рынок - самый мощный инструмент давления на Пекин, и за ежегодное предоставление Китаю статуса наибольшего благоприятствования США требуют достойные компенсации в самых разных сферах.
В последние годы торговые отношения с Китаем регулярно становятся предметом бурных дискуссий в Конгрессе США, и каждый раз возможность применения по отношению к Китаю экономических санкций грозит вылиться в очередной виток обострения отношений между двумя странами. Главным же доводом критиков китайской политики остается проблема нарушения прав человека.
Ситуация с правами человека в Китае действительно оставляет желать лучшего. Правозащитные организации критикуют власти за многочисленные казни, нарушения прав уйгурского и тибетского меньшинств, установление жесткого контроля над Интернетом, ограничение свобод слова, совести, собраний и других основных прав человека. Суровой критике китайское правительство было подвергнуто после кровавых событий 1989 г., когда правоохранительные органы применили силу против студентов на площади Тиананмен.
Однако многие правозащитники задаются вопросом: насколько оправдано введение экономических санкций против Китая с целью решения проблем в сфере прав человека? На наш взгляд, попытки повлиять на экономическую стабильность в Китае путем ограничения торговых отношений могут не только увеличить напряженность в мире, но и принести совершенно противоположные результаты - ухудшить ситуацию с правами человека в стране.
Американский торговый барьер вряд ли существенно повлияет на политику китайских коммунистов, зато ощутимо отразится на положении многих производителей и потребителей - как в Китае, так и в США. Право на торговлю является одним из фундаментальных прав человека, и лишение китайцев и американцев этого права по сути дела является покушением на принципы демократии. Тем более что в последние десятилетия свобода торговли является, пожалуй, главным приобретением китайских предпринимателей. Как видно, мы опять возвращаемся к философской проблеме приоритетов: можно ли подрывать свободу одних для того, чтобы защитить права и свободы других?
С другой стороны, либерализация торговли сама по себе является мощным инструментом демократизации общества. В конце прошлого столетия Китай заметно отступил от политики планирования экономики и все больше отдает предпочтение свободному рынку. Упразднив в 1978 г. коллективное хозяйство и позволив фермерам продавать свою продукцию на рынке, правительство сумело прокормить более миллиарда своих граждан. Благодаря успешным экономическим реформам Китай стал более открытой страной; все больше молодежи обучается за рубежом, приобретая опыт самовыражения и построения гражданского общества. В 1997 г. иностранные компании уже реализовывали в Китае 120.0 проектов на общую сумму 135 млрд. долларов. Свободный рынок оказывает ощутимое влияние на китайское гражданское общество, повышая деловые стандарты и стимулируя совершенствование законодательной базы.
Экономические санкции в отношении Китая, на наш взгляд, не только не способствуют обеспечению прав человека, но и подрывают основы доверия во взаимоотношениях двух стран. Они будут лишний раз свидетельствовать о том, что Соединенные Штаты не являются тем торговым партнером, которому можно доверять, и заставят Китай расширить свой рынок экспорта и импорта. История знает немало свидетельств неэффективности применения экономических санкции в отношении крупных держав. К примеру, когда США запретили продавать зерно СССР в 1980 г., Советский Союз стал закупать его у Аргентины, Австралии, Франции и других стран.
Нельзя забывать и о том, что в ответ на торговые санкции Китай может ограничить американский экспорт, размеры которого в среднем превышают 10 миллиардов долларов США. По данным Главного таможенного управления КНР, только в январе-июле прошлого года из США была импортирована машиностроительная и электронная продукция на сумму 6 млрд. 423 млн. 680 тыс. долларов США; продукция химической промышленности на 2 млрд. 553 млн. 308 тыс.; автомобили, самолеты и другие транспортные средства на 1 млрд. 742 млн. 515 тыс., продукция растениеводства на 1 млрд. 673 млн. 662 тыс., а также другие товары.
Протекционизм очень часто приводит к нарушению прав граждан. Соединенные Штаты уже имеют неудачный опыт торговых ограничений. По оценкам некоторых экспертов, ограничения на импорт обходятся американскому правительству в 70 млрд. долларов в год. Торговые санкции в отношении Китая только увеличат эту цифру и, возможно, спровоцируют рост недовольства граждан в самих США.
Таким образом, экономическое противостояние двух стран, разделенных океаном, но имеющих общие жизненные интересы, может в силу разных обстоятельств обернуться глобальным столкновением двух крупных цивилизаций. Сегодня уже есть политики, готовые получить от этого политические и прочие дивиденды. Идя в ногу со временем, они нередко прикрывают свои истинные цели желанием отстоять права человека и фундаментальные свободы. Поэтому чрезвычайно важно понять, что права человека не должны превращаться в оружие политических баталий, которым можно было бы спекулировать.
Нельзя добиваться обеспечения прав одних людей, попирая права других и ставя под угрозу принципы демократии. Наилучшим способом построения гражданского общества в странах, которые не прошли длительный путь демократического развития, является расширение международной торговли на взаимовыгодных условиях и решение совместными усилиями глобальных проблем, стоящих перед развивающимися и отсталыми странами. Отказ от принципов демократии и попирание прав жителей второго или третьего миров подрывают веру в демократию как в самодостаточную систему, способную избавить человечество от угрозы тотального вымирания или самоистребления.

Опубликовано: 10 Март, 2011 13:08 | Просмотров: 912 | ]]>Печать]]>
All right reserved www.elections.az
Powered by Danneo